| |

       Мы продолжаем расследование тёмных дел кремлёвской хунты, о которых законодательно запрещено говорить и писать в СМИ.

      В предыдущих сериях: 
Почему не наказаны убийцы Литвиненко?
За что убили актёра Андрея Панина?
Перстень Борджиа для Леонида Филатова
Тайна смерти А. Меня и Ю. Семёнова
Банальная тайна убийства М. Евдокимова
Выстрел, которого не было? Танки били по верховному совету РСФСР из 1983

      Бывший генерал-майор МВД России Борис Колесников якобы покончил с собой, выбросившись из окна здания Следственного комитета 16 июня 2014 года. По сообщению СК, во время допроса обвиняемый, в сопровождении двух сотрудников конвоя прошел в туалет. При этом в соответствии с инструкцией с него были сняты наручники. Колесников неожиданно выбежал из туалета, сбил с ног сотрудника полиции, а затем и второго конвойного, который находился в коридоре. После этого он выскочил на балкон и прыгнул вниз с шестого этажа, скончавшись в результате полученных травм. По словам адвоката погибшего Георгия Антонова, вызов Колесникова на допрос был для всех полной неожиданностью.


      Впервые о деле сотрудников главного управления экономической безопасности и противодействия коррупции (ГУЭБиПК) МВД России заговорили зимой 2014 года, после обыска, который провели в управлении сотрудники ФСБ, и задержания ряда офицеров главка. Задержание по итогам обыска сотрудников антикоррупционной службы — Ивана Косоурова и Алексея Боднара — сразу же обернулось скандалом: суд при поддержке прокуратуры сначала отказался их арестовывать. Впрочем, вскоре обстановка изменилась: Косоуров и Боднар были взяты под стражу. Арестованным полицейским вменялась провокация взятки и превышение должностных полномочий. Сотрудники антикоррупционного главка якобы пытались «поймать на горячем» Игоря Демина, заместителя начальника одного из отделов управления собственной безопасности (УСБ) ФСБ России. Оперативная разработка в отношении Демина велась с осени 2013 года. По мнению следствия, оперативники планировали через посредников, представляясь бизнесменами, предложить сотруднику ФСБ взять их бизнес «под крышу» за вознаграждение в размере 10 тысяч долларов в месяц. Несколько дней спустя после первого ареста, 21 февраля 2014 года, президент России Владимир Путин своим указом освободил от должности генерал-лейтенанта Дениса Сугробова, начальника ГУЭБиПК. (При этом некоторые источники сообщают, что Сугробов попросился в отставку сам еще 17 февраля.) 25 февраля СКР задержал замначальника ГУЭБиПК генерал-майора Бориса Колесникова. Ему были предъявлены обвинения в организации преступного сообщества (ст. 210 УК РФ) из своих подчиненных, в организации провокации взятки и в нескольких эпизодах превышения должностных полномочий (ч. 3 ст. 33, ст. 304, п. «в» ч. 3 ст. 286 УК РФ). Находясь под стражей, Колесников дважды получал травмы головы. Незадолго до смерти Колесников обратился в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) с заявлением об угрозе его жизни. Об этом во вторник, 17 июня, пишет «Коммерсантъ». Жалобу фигурант скандального уголовного дела подал через своего адвоката Анну Ставицкую. Следствие и оперативники, по его словам, применяли к нему пытки, запрещенные Европейской конвенцией по правам человека.[1] При этом официальный представитель СКР Владимир Маркин уже после самоубийства Колесникова заявлял, что подследственный и раньше пытался покончить с собой.
      8 мая по делу Колесникова был арестован и его бывший начальник Денис Сугробов, ранее проходивший по делу в качестве свидетеля. Поводом для ареста стала якобы неявка Сугробова на допрос, хотя его не только не вызывали на допрос, но даже не допросили после ареста! Следствие подозревает Сугробова в совершении не менее 10 тяжких преступлений против государства и правосудия «с целью увеличения количественных показателей своей работы». Защита просила освободить Сугробова под залог в размере пяти миллионов рублей. Сугробов как начальник главка не занимался оперативной работой. Как он мог привлекать в преступную группу оперативных сотрудников, ведомство бандита Бастрыкина объяснять отказывается. В общей сложности по делу Колесникова под стражей оказались 16 сотрудников ГУЭБиПК разных рангов.


Правовые основания преследования Колесникова и его товарищей

      34 пункт Постановление пленума Верховного суда Российской Федерации от 9 июля 2013 года № 24 «О судебной практике по делам о взяточничестве и об иных коррупционных преступлениях» прямо указывает: для того чтобы признать сотрудников правоохранительных органов виновными в подстрекательстве, необходимо, чтобы объект этого подстрекательства просто отказался от получения взятки. Вменить провокацию взятки в ситуации, когда Демин никогда не отказывался от получения денежных средств, нельзя, поскольку предлагали ему её четыре раза. На практике расследование уголовного дела в отношении Сугробова Д. А., Колесникова Б. Б. и других честных офицеров ГУЭБиПК МВД России и оказывавших им содействие гражданских лиц превратилось в репрессии с целью не только дискредитации антикоррупционного ведомства, но и физического устранения конкретных сотрудников полиции. По мнению СКР, проведение данного мероприятия при отсутствии официального заявителя является превышением должностных полномочий. Но, во-первых, целью проведения оперативно-разыскного мероприятия является проверка сведений о подготавливаемом, совершаемом или совершенном преступлении, то есть не только по официальному заявлению, но и на основании оперативной информации, еще не достаточной для возбуждения уголовного дела. То есть объективная сторона преступного деяния еще не начала реализовываться, а оперативный эксперимент уже имеет право на жизнь. Во-вторых, действующим законодательством не определен исчерпывающий перечень источников той информации, которая может служить основанием для проведения ОРМ. Получение сведений от любого оперативного контакта (агент, просто лицо с гражданской позицией, любые другие лица), статья в газете либо сообщения в других СМИ, а равно и указание руководства также могут быть при определенных условиях основанием для заведения дела предварительной оперативной проверки и в дальнейшем проведения оперативного эксперимента.
      СК бандита Бастрыкина, который обещал отрезать ноги зам главного редактора "Новой газеты" и потому самому же это расследовать, полагает, что результаты оперативно-разыскной деятельности в целом и следственный эксперимент в частности являются единственными доказательствами совершения преступления. Очевидно что это не соответствует закону: на всем этапе расследования, начиная со стадии возбуждения уголовного дела, задержания лица по подозрению в совершении преступления, предъявления ему обвинения, избрания меры пресечения и пр., следователь, а затем прокурор и судья должны оценивать доказательства в совокупности. Результаты ОРМ в любом случае должны подтверждаться иными доказательствами. Если их недостаточно, то никакой эксперимент не позволит привлечь невиновного к уголовной ответственности, а тем более осудить. Прояснить ситуацию мог бы открытый суд, но мёртвый генерал Колесников уже не даст показаний, а дело, как сообщается, может быть прекращено без всякого суда.
      Одно совершенно ясно уже теперь, у Колесникова не только отсутствовали причины для самоубийства, - дело против него очевидно разваливалось, - но он боялся за свою жизнь, она была ему дорога, он знал, что его хотят убить, и обратился в Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) с заявлением об угрозе его жизни. Адвокат погибшего Анна Ставицкая со ссылкой на слова ее коллеги Сергея Чижикова, присутствовавшего на допросе Колесникова, рассказала РБК, что уже после допроса бывший полицейский вышел со следователем Новиковым из кабинета, а вернулся следователь уже один с криками, что Колесников выбросился из окна. Ставицкая не верит в версию СКР: по ее словам, расположение туалета и балкона в здании СКР таково, что ее подзащитный не мог беспрепятственно проделать этот путь. «Когда я его видела, он был напуган, подавлен, рассеян. Тем не менее, как сказал Чижиков, в день допроса он был в нормальном состоянии, ничто не говорило, что он собирается покончить с собой», — говорит адвокат.[2] Жена экс-заместителя начальника Главного управления экономической безопасности и противодействия коррупции МВД России Бориса Колесникова, находившегося под следствием, уверена, что мужа убили. “Я убеждена, что его убили! Причем это пытались сделать ни один раз, а дважды, начиная с 5 мая. Все, что сейчас говорят по поводу суицида, – неправда. Не мог человек сам получить черепно-мозговую травму, разбив лоб и затылок.  К тому же нам запрещали видеться, я ни разу не видела его после ареста. Боря не мог покончить с собой. У нас трое маленьких детей, которых он очень любил”, – рассказала супруга.[3]
      В то время, как представитель бандита Бастрыкина Владимир Маркин врал про суицидальный характер травм Колесникова, адвокаты заявляют о насильственном их характере. Ставицкая: Для меня уже очевидно, что ему были причинены телесные повреждения. У нас есть заключение судебного медика, в котором говорится о том, что характер травм указывает на то, что именно твердый предмет стучал по неподвижной голове, а не наоборот. (Ранее другой адвокат Колесникова, Георгий Антонов, рассказал, что его подзащитный получил травму головы 4 мая 2014 года. 5 мая вечером генерала госпитализировали в ГБУЗ ГКБ № 5 ДЗМ, где врачи поставили ему диагноз — открытая черепно-мозговая травма, ушиб головного мозга средней тяжести, мелкоочаговые ушибы обеих лобных долей, перелом лобной, теменной костей, ушибленная рана теменной области. В СИЗО адвокату сказали, что Колесников упал с подоконника, когда мыл окно в камере. Лечащий врач пояснил защитнику, что человек не мог получить такую тяжелую травму ни при падении с кровати, ни при падении с подоконника. Как утверждают представители защиты, травмы Колесникову были причинены для оказания на него давления с целью изменения его позиции по делу, а именно для того, чтобы он признал свою вину и выполнил требования дать ложные показания в отношении других фигурантов дела, в том числе бывшего начальника ГУЭБиПК МВД генерала Дениса Сугробова.)[2]
      Но вместо того, чтобы остановить зверские пытки подследственных в кровавых подвалах бандита Бастрыкина, СКР назначил экспертизу по поводу того, могли ли находиться в полостях переданных генералу женой кроссовок запрещенные препараты, а если да, то в каком количестве [...]. Если бы экспертиза дала положительный результат, то под следствием могла оказаться уже супруга генерала, на попечении которой сейчас осталось трое их маленьких детей.[2] Таким образом избиваемого до состоянии открытой черепно-мозговой травмы генерала Колесникова начали шантажировать посадкой жены по сфабрикованному уже против неё делу, с целью самооговора, и оговора коллег. Учитывая доказанность нами выше желания Колесникова жить, отказ от сотрудничества с путлеровскими палачами, развал сфабрикованного обвинения, неминуемый выход Колесникова на свободу с последующим правовым реваншем, ФСБ для выгораживания одного из своих главарей, просто выкинула гражданина РФ Колесникова с шестого этажа, а затерроризированные СМИ в страхе повторяют маркинский бред.     
      А теперь скажите, что в РФ нет фашизма.
Поливанов О.И.
22.06.2014г.
Ссылки:
[1] http://lenta.ru/news/2014/06/17/kolesnik/
[2] http://www.rospres.com/crime/14430/
[3]

| |

На главную